Сериал «Сломанная стрела» — это словно разрыв ещё большего треугольника судьбы, где главный герой Максим, вроде бы миллионы раз превосходящий по силу и воле, вдруг оказывается в эпицентре приключений, которые по сравнению с его личной драмой — просто цветочные розы. Тут и потеря дочери, и страдания глубиной морских впадин, и попытки найти хоть какой-то смысл в этом хаосе, а главное — что его ждёт в самой глуши, далеко от московских светофоров и городских сумасшествий, в деревне, где вместо цивилизации — горы, золотоискатели и артефакты древней Майкопской цивилизации. Так вот, сюжет буквально разгорается, когда Максим, уставший меняться под давление трагедии, попадает в место, где прошлое и настоящее сталкиваются, а искатели богатства готовы на всё ради куска древнего золота. И если раньше его мучали религиозные сомнения и посттравматическое срывание маски, то здесь ему приходится сражаться за жизнь чуть ли не с самим дьяволом, только вместо адских пламён — переменчивое горное солнце и враждебные бандиты, которые не жалеют сил, чтобы заполучить их древний артефакт. Ну и, честно говоря, сериал как будто специально так балансирует между драмой и триллером, чтобы зрителю было интересно не только наблюдать за тараканами на стене, но и за внутренним кризисом главного героя, который будто бы метафора нашей всей жизни — слома и боли. Тут каждый момент — словно новая загадка, а герои оказались в ситуации, когда играть на выживание — единственный сценарий, как по мгновению волшебной палочки. И, если подумать, сериал дразнит, что всё — ни что иное, как битва между тёмной стороной и светом, где Максим пробуждается, словно славный рыцарь древних легенд, только вместо меча - хрупкий человеческий дух. В общем, «Сломанная стрела» — это такая себе смесь психологического триллера, приключений и немного сказки, которая таки заставляет задуматься, что же есть настоящее зло, а что — зеркало наших внутренних разломов. Так что, хоть вот так, сериал заставляет думать о том, что иногда даже из самой мрачной тучи появляется свет — пусть и сломанный, но всё же свет.